Констанс О`Бэньон - Плащ и мантилья

Маргрета просунула голову в дверь. Это была миниатюрная женщина с правильными чертами лица, выглядевшая лет на десять моложе своего возраста. В ней было нелегко признать мать пятерых рослых сыновей. Темные волосы были заплетены в косу, уложенную в пучок на затылке. Она вошла в комнату и положила руку на плечо Ноубла.

– Позвольте мне посидеть с сеньоритой, хозяин, пока вы отдохнете. Вы ведь не отходили от нее всю ночь.

Ноубл покачал головой:

– Мне придется удалить пулю, Маргрета. Принеси самый острый нож, какой сможешь найти, и побольше кипятка. Еще мне понадобится виски и чистые простыни.

– Хорошо, хозяин, – кивнула Маргрета и бросила горестный взгляд на Рейчел. – Что, дело плохо, не так ли?

– Очень плохо.

Маргрета ушла выполнять поручение, а Ноубл снял окровавленную повязку и внимательно осмотрел рану. Пуля находилась менее чем в дюйме от сердца и только по счастливой случайности не задела его. Ноубл набрал воздух в легкие, чувствуя, как вспотели его ладони. Щеки Рейчел теперь покраснели от жара – еще один плохой признак.

Ему казалось, что прошло несколько часов, прежде чем вернулась Маргрета. Он придвинул к кровати маленький деревянный стол, Маргрета накрыла его простыней и положила на нее нож и бинты, поставив рядом горячую воду.

– Мне потребуется твоя помощь, – сказал Ноубл, внимательно посмотрев на жену Алехандро. – Ты справишься?

Маргрета выглядела испуганной, но кивнула без колебаний:

– Я не подведу вас, хозяин.

Перекрестившись и пробормотав молитву, она встала рядом с Ноублом, стиснувшим рукоятку ножа.

Ноублу и раньше приходилось вырезать пули – но не засевшие так близко к сердцу и не у женщин. А теперь ему предстояло проделать эту операцию с Рейчел – девушкой, которую он знал, казалось, всю свою жизнь! Одно неверное движение довершит то, что начал неизвестный стрелок. Ноубл окунул нож в виски, жалея, что не может выпить – это помогло бы выдержать испытание. Но он не поддался искушению, зная, что руки должны оставаться твердыми.

– Мне нужно побольше света, Маргрета. Принеси еще пару ламп. – Ноубл тянул время и отлично это понимал. – Черт возьми, если бы только приехал доктор!

В этот момент Рейчел открыла глаза, увидела Ноубла с ножом в руке и попыталась поднять голову, но была для этого слишком слаба. Комната поплыла у нее перед глазами.

– Убей меня! – прошептала она, облизнув сухие губы. – Мне все равно…

– Рейчел, – заговорил Ноубл, отложив нож, – ты помнишь, что с тобой произошло?

Слова застревали у Рейчел в горле. Почему ее грудь горит, как в огне? Почему она не может пошевелиться?

– Где я?

– В Каса дель Соль. Я привез тебя сюда после того, как тебя подстрелили.

Рейчел пыталась сосредоточиться, преодолевая боль и тошноту. Он сказал, что ее подстрелили? Кровь похолодела у нее в жилах. Ей захотелось встать и бежать отсюда со всех ног. Но когда она снова попыталась приподняться, рука Ноубла опустилась ей на плечо. Удержать Рейчел не составляло труда: она была слаба, как новорожденный младенец.

Голос Ноубла звучал глухо, словно он обращался к ней из глубокой пещеры.

– В тебя стреляли, Рейчел, и… – начал он объяснять.

Но мысли Рейчел путались. Она посмотрела на нож, и ее охватил ужас.

– Ты в меня стрелял, а теперь хочешь докончить работу? Ну так действуй – я не могу тебе помешать!

Ноубл ощутил тошноту. Неужели она думает, что он способен причинить ей вред? Он вспомнил Рейчел у реки – прекрасную, соблазнительную и неотразимую.

– Тебе нельзя волноваться. Постарайся успокоиться. Я хочу помочь тебе.

Рейчел устремила взгляд на испанку, смотревшую на нее с состраданием.

– Помогите мне, сеньора, иначе он…

Тьма кружила над Рейчел, словно хищная птица. Ее чувства обострились до предела, но тело было парализовано слабостью. Свет таял вместе с надеждой. Она плыла по темному безбрежному морю, где не было боли. «Если так себя чувствуют, умирая, – подумала она, – то это не так уж плохо».

Ноубл глубоко вздохнул и кивнул Маргрете:

– Слава богу, что она снова потеряла сознание. – Он перекрестился и прошептал молитву, прося господа помочь ему спасти Рейчел.

Рейчел проснулась в смятении. Она ощущала тяжесть, давящую ей на грудь, а когда шевельнулась, ее пронзила острая боль и к горлу подступила тошнота. С трудом набрав воздух в легкие, Рейчел повернула голову к лампе, мерцающей на столике у кровати. Пламя было слишком слабым, чтобы освещать темные углы комнаты.

Все казалось незнакомым. Рейчел никогда не видела стоящий у противоположной стены массивный резной гардероб. Медленно обернувшись, она уставилась на двойные двери, которые были распахнуты настежь, пропуская в помещение легкий ветерок. Снаружи виднелись верхушки деревьев – очевидно, двери выходили на балкон.

Где же она оказалась?

Рейчел слышала бормотание мужских голосов за дверью в коридор, но не могла разобрать слов. Да и зачем ей это? Она чувствовала страшную усталость и хотела только спать.

Внезапно дверь открылась, и в комнату вошел Ноубл. Он внимательно посмотрел на Рейчел своими темными глазами и сказал кому-то, стоящему позади:

– Она проснулась.

В голове Рейчел замелькали смутные воспоминания. Ну конечно – она находится в Каса дель Соль! Но почему она здесь? Рейчел вспомнила, как плавала обнаженной вместе с Ноублом и старалась соблазнить его, но все дальнейшее было покрыто мраком. Она не могла вспомнить, как очутилась в Каса дель Соль.

При виде доктора Нейтана Стэнхоупа Рейчел сразу успокоилась. Ведь он принимал роды у ее матери и лечил ее, когда она была еще девочкой.

Рейчел попыталась приподняться, но ей не хватило сил. Она хотела сообщить доктору, что в этом доме ей грозит опасность, но горло перехватила судорога. Наконец ей удалось вымолвить:

– Пожалуйста, доктор Стэнхоуп, заберите меня отсюда…

Невысокий лысоватый мужчина склонился над ней, глядя на нее добрыми серыми глазами. Рейчел знала, что вся жизнь доктора Стэнхоупа заключалась в его работе. Он никогда не женился, целиком посвятив себя страдающим людям.

– Я должен осмотреть твою рану, Рейчел, чтобы определить, сможешь ли ты выдержать переезд в «Сломанную шпору».

Рейчел покосилась на Ноубла, и ее сердце сжалось от страха.

– Я хочу поговорить с вами наедине, доктор Стэнхоуп.

Он повернулся к Ноублу:

– Подождите снаружи, пока я осмотрю ее. Я позову вас, если мне понадобится помощь.

Ноубл мрачно кивнул и вышел, бесшумно закрыв за собой дверь. Прислонившись к стене, он ждал, что скажет ему доктор о состоянии Рейчел, и надеялся, что, удалив пулю, не принес ей больше вреда, чем пользы.